Политика
Платье из Англии в подарок для красавицы!
Проект / Авторы / Фотогалереи / Добро / Энциклопедия о Курска / Про Курск / Партии

Собрать кучку людей для работы над одной проблемой - не значит сделать их коллективом. Наблюдение мудрого руководителя
Поиск по сайту:




Для выпускного вечера, студенческих и школьных вечеринок

Образование в Англии, учеба в Великобритании

  


Библиотека русской литературы


Индиан Чубатый
купить на Озоне
на пяти страницах

Индиан Чубатый

Пантелеев Леонид Иванович

      Когда у Володьки Минаева умерла мать и отец его, вернувшийся с фронта, ушел плотничать за четыре километра, в Мичуринский питомник, учительница Елизавета Степановна уговорила мальчика остаться в школе. Чем он ей так понравился - трудно сказать. Прилежанием Володька не отличался, учился то вверх, то под гору, любил и пошалить и подраться, а главное - был такой врун, выдумщик и балаболка, каких не только в Федосьине, но, пожалуй, и во всем Староломском районе от века не бывало.
      Что-что, а уж насчет вранья он действительно был первый мастер. То вдруг придет и скажет, что к ним в гости приехал из Москвы дядя-генерал. То выдумает, будто отец его нашел в лесу золотой топор, за который в музее давали десять тысяч рублей. То сам принесет в класс какой-нибудь камешек или кусок глины и объявит, что это не простой камень и не простая глина, а фосфорические; они, будто бы, по ночам светятся, надо только умеючи на них глядеть - через копченое стекло.
      Ребята посмеивались над Володькой, считали его чудаком. С усмешкой поглядывали на него и взрослые. И в колхозе и в школе все почему-то звали его Индиан Чубатый. Откуда это пошло, кто и когда первый его так назвал, - неизвестно, только прозвище это быстро к Володьке прилепилось: было в нем действительно что-то и петушиное и голубиное вместе...
      И только учительница никогда не смеялась над Володькой, терпеливо тащила мальчика из класса в класс и не отпустила его из школы даже тогда, когда они с отцом оставили колхоз и переселились в Мичуринский питомник. Из этого питомника Володька и бегал день за днем на своих быстрых петушиных ножках в федосьинскую начальную школу. Год бегал, а осенью второго года, когда учился он уже в последнем, четвертом классе, случилась с ним эта история, которая переломала ему все косточки и из которой вышел он, как Еруслан Лазаревич в сказке, совсем другим человеком.

    x x x


      Один раз осенью, в начале октября, Володька не сделал домашнего задания по арифметике. Учительница на уроке вызвала его и спросила, почему он не сделал этого задания. Володька спокойно мог сказать правду: накануне они с отцом дотемна пилили дрова. Но он почему-то правды не сказал, а тяжело вздохнул, посмотрел под ноги и слабым жалобным голосом выдавил из себя:
      - У меня, Елизавета Степановна, жар. Я, вы знаете, даже бредил сегодня ночью.
      - Вот как? У тебя, что ж, - температура?
      - Ага, - прохрипел Володька.
      - Сколько же у тебя?
      И Володька, не покраснев и ни одной секундочки не подумав, ляпнул:
      - Сорок два с лишним.
      Учительница посмотрела на него, нахмурилась и ничего не сказала. А после урока вызвала мальчика в учительскую, посадила на стул и велела дать руку. Володька испугался, но все-таки руку протянул. Учительница нащупала у него на руке жилку, помолчала, пошевелила губами, потом, отпустив Володькину руку, печально посмотрела на мальчика и сказала:
      - Зачем ты, Минаев, так часто врешь?
      - Не знаю, Елизавета Степановна, - ответил Володька, опуская голову. - У меня как-то само это получается. Скучно, если говорить правду...
      - Глупости! - рассердилась учительница. - Скучно! Просто у тебя язык не тем местом привешен. Ты почему скажи мне, пожалуйста, вчера задачек не сделал? В волейбол небось играл?
      - Нет. Не играл, - сказал Володька.
      - А почему?
      Володька посмотрел в сторону, вздохнул и ответил:
      - Скучно было. Неохота.
      - Ах, вот как? Неохота? Скучно?!
      Володьке показалось, что учительница сейчас закричит на него или штопает ногами. Но она не закричала и не затопала, а сказала совсем спокойно, даже спокойнее прежнего:
      - Не всегда, Володя, мы делаем то, что нам хочется. У всякого человека есть обязанности. И если мы честно, по мере наших сил выполняем эти обязанности - нам не может быть скучно.
      Учительница посмотрела на мальчика, усмехнулась и покачала головой.
      - Ах, Минаев, Минаев, - сказала она. - И верно, ты у нас чубатый какой-то. Ну, иди в класс. Пока не сделаешь всех задачек, домой не пойдешь. Понял?
      - Есть, Елизавета Степановна. Понял. Спасибо, - сказал Володька и побежал в класс.
      Ребята уже разошлись. Он сел за парту и, посвистывая, стал раскладывать свои тетрадки и листочки с заданием.
      "Ничего, это мы быстро, - думал он, перечитывая условия задач. - Восемь штучек только. Это мы в полчаса оттяпаем".
      Он уже сделал две задачи из восьми заданных, когда услышал за окном на улице густой хриплый голос:
      - Бутылки, банки, кости, тряпки покупаю! Мослы покупаю!..
      Володьке, конечно, захотелось посмотреть, кто это кричит. Он открыл окно и высунулся наружу.
      Высокий дядя с черной, как у цыгана, бородой катил по улице дребезжащую, похожую на сундук тачку и, задирая по-бычьи голову, на всю деревню орал:
      - Бутылки, банки покупаю! Кости покупаю! Старые сапоги, войлок покупаю!..
      - Дяденька! - окликнул его из окна Володька. - А вы почем кости покупаете?
      - А у тебя что, есть разве? - сказал, останавливаясь, утильщик.
      - У меня есть, только дома. Вы после в Мичуринский поселок не пойдете?
      - Буду, - сказал бородач.
      - Зайдите тогда, пожалуйста, к нам, в тринадцатый дом, около пожарного сарая.
      - А у тебя что, много их?
      - Это чего? Костей-то? Много. Пуда три, наверно.
      - Ладно, зайду, посмотрим...
      - Нет, вы сначала скажите, - почем вы платить будете?
      - Не бойся, не обману. Если товар хороший, по двугривенному за кило посчитаю...
      Утильщик поплевался на руки и покатил свой сундук дальше, а Володька - Володька не мог уже больше заниматься. Он забыл и о сукнах, и о бассейнах, и о встречных поездах, которые идут из пункта А в пункт Б... Теперь он мог думать только о костях.
      Он выдрал из тетради листок, окунул в чернильницу перо и стал торопливо подсчитывать:
      - В пуде шестнадцать кило. Шестнадцать на три - сорок восемь. И еще на двадцать... Видали?!! Это ж почти десять рублей! Целый капитал! За эти деньги можно, пожалуй, голубя купить, а если умеючи, так и не одного, а парочку...
      И он так ясно представил себе двух маленьких сизых турманчиков, которые, ласкаясь и расправляя перышки, сидят у него на гребне крыши, что даже губами зачмокал и забормотал что-то вроде "гуль-гуль-гуль"...
      Но тут его взял страх: а что если утильщик приедет, а его дома не будет? Это что же, - значит, прощай, голуби? Нет, нужно скорей кончать.
      Он снова разложил тетради. Но теперь никакая арифметика уже не лезла в голову. В голове были только голуби.
      Он прошел в соседний класс, выглянул из окна во двор. На дверях кирпичного домика, где жила Елизавета Степановна, висел замок, - наверно, учительница ушла на огород копать картошку.
      "Э, ладно, - подумал Володька, возвращаясь в класс и кое-как запихивая в сумку свои книги и тетради. - Что же я, в самом деле, ждать ее буду, что ли? Сделаю задачки дома, а завтра скажу, будто сидел, сидел и не дождался".
      И чтобы не терять времени, он перемахнул через подоконник на улицу и через десять минут уже бежал по федосьинским задворкам, размахивая своей холщовой сумкой и не думая о том, какие новые беды и напасти ждут его впереди.

    x x x


      Отца не было. Володька воспользовался этим и облазил весь дом. На чердаке, в кладовке, на помойной яме, в холодной подклети он насбирал килограмма два старых, сухих и легких, как прошлогодний тростник, мослов.
      С голубями ничего как будто не получалось. Два килограмма - это всего сорок копеек, а за сорок копеек и воробья небось не купишь.
      "Ничего... постепенно поднакопим", - утешая себя, думал Володька.
      До вечера он ждал бородатого утильщика, побаиваясь немножко, что тот заругается, когда увидит, что костей так мало. Он уже придумал, как будет врать: будто костей у него оказалось четыре с лишним пуда, будто он честно ждал, но тут вдруг приехал другой утильщик и купил, выпросил у него эти кости, заплатив по сто рублей за пуд.
      Врать ему, однако, не понадобилось, - утильщик не приехал.
      За всеми этими делами Володька совсем забыл про сукна и бассейны. И только вечером, за ужином, когда

Страницы: 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10






Такой разный Санкт-Петербург, часть 2. ФОТО

Альметьевск

Архангельск

Белгород

Брянск

Владикавказ

Волжский

Грозный



     RSS-подписка на новости